Sun’iy Intellekt va Raqamli Iqtisodiyot

агропромышленного комплекса имеет свою спецификацию, что связано с особенностями проявления производственных отношений. Трансформация является неизбежным способом развития организационно-экономического механизма, поскольку сопровождается изменением свойств элементов, их связей и пропорций, обуславливая переход в новое качественное состояние. Ключевые слова: Агропромышленного комплекса, организационно-экономического механизма, производительных сил и производственных отношений. производительные силы, инновационно-ориентированная экономика, цифровизация, производственная отношения, трансформация экономики, производственно-хозяйственная деятельность Abstract. The article examines the essence of the organizational and economic mechanism of the agro-industrial complex. The organizational and economic mechanism of the agro-industrial complex has its own specification, which is linked to the specific manifestations of production relations. Transformation is an inevitable way of developing the organizationaleconomic mechanism, as it is accompanied by changes in the properties of elements, their connections, and proportions, necessitating a transition to a new qualitative state. Keywords: Agro-industrial complex, organizational-economic mechanism, productive forces and production relations. productive forces, innovation-oriented economy, digitalization, production relations, economic transformation, production and economic activity Введение. Современный этап развития агропромышленного комплекса страны характеризуется разбалансированностью и деформированностью экономических интересов, проявляющихся в отсутствии эффективных взаимоотношений между различными хозяйствующими субъектами, диспропорциями в структуре отраслей, комплексов и подкомплексов, низкой доходностью аграрного производства, недостаточно эффективной государственной поддержкой как со стороны федерального центра, так и региональных властей, социальной необустроенностью сельских территорий, что диктует объективную необходимость совершенствования организационно-экономического механизма хозяйствования. Организационно-экономический механизм агропромышленного комплекса представляет собой сложную систему взаимодействия, управления и регулирования хозяйственными и государственными институтами отношений при организации аграрного производства, хранении, переработке и реализации сельскохозяйственной продукции, модернизации, материальнотехническом и финансовом обеспечении производства, конкретизированная в нормах, правилах, методах, формах, инструментах и границах воздействия на сельскохозяйственных товаропроизводителей [1]. Методы исследования. Исследование базируется на изучении и обобщении информации по развитию и трансформации организационноэкономического механизма агропромышленного комплекса. В работе использованы абстрактно-логический и монографический методы исследования. Результаты исследования. Сущностная характеристика организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса представлена на рисунке 1. Фундамент фигуры формируют экономические интересы хозяйствующих субъектов агропромышленного комплекса. 319

Реализация экономических интересов осуществляется посредством участия в агропромышленном производстве, в процессе которого используются факторы (ресурсы) производства. Их аллокативная эффективность и рационально-оптимальное использование определены качественным подбором элементов и инструментов организационно-экономического механизма. Вершиной треугольника являются результаты реализации организационно-экономического механизма, позволяющие определить его эффективность, действенность и адекватность с учетом сложившейся траектории социально-экономического развития [2]. Базисом организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса является взаимодействие производительных сил и производственных отношений. Возрастающий уровень онтогенеза производительных сил в условиях инновационно-ориентированной экономики и ее цифровизации требует «органичного» взаимодействия с ними и производственных отношений, что неизбежно ведет к необходимости совершенствования организационно-экономического механизма и формированию эффекта его трансформации. Это обусловлено тем, что производительные силы являются конститутивным звеном онтогенеза любого производственного процесса, так как включают в себя не только средства производства, но трудовые ресурсы, как основной «генератор» движения производственно-хозяйственной деятельности [2, 3]. В определенной мере прогрессивность организационно-экономического механизма определяется тем, насколько стимулирующими по отношению к производительным силам являются производственно-экономические отношения. Структурнообразующие элементы организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса под влиянием научно-технического прогресса, углубления и разделения труда, специализации, концентрации, кооперации и интеграции производства имеют тенденцию к постоянной трансформации и усложнению. Организационно-экономический механизм агропромышленного комплекса имеет свою спецификацию, что связано с особенностями проявления производственных отношений. Так, это выражается в самом способе ведения материального производства (биологические особенности сельскохозяйственных животных и растений, природно-климатические условия, сезонный характер производства, использование земли в качестве средства труда и предмета труда, и т.д.), взаимозависимости от других отраслей народного хозяйства (обслуживающих сфер, перерабатывающих предприятий), нетривиальных социально-экономических и институциональных факторов [2, 5]. Современный подход к «структурно-логическому строению» организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса (рис. 2) основан на взаимосвязи, взаимозависимости и взаимообусловленности всех составляющих модулей (элементы, ресурсы, 320

функции, принципы), включенных в процесс его формирования и функционирования, при этом главенствующая роль отведена экономическим интересам, как движущему «локомотиву» поступательного развития. Такое композиционно-расширенное строение организационно-экономического механизма позволяет рационально и оптимально выстраивать процессы его онтогенеза, совершенствования и трансформации, обеспечивая реализацию целевых параметров и индикаторов развития агропромышленного комплекса в целом [2]. Рис. 2. Структурно-логическое строение организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса [2] На характер трансформации организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса существенное влияние оказывают внешние и внутренние факторы функционирования экономики (табл.), а также институциональная среда. Главным образом это проявляется в методах и инструментах организационно-экономического механизма, в выборе критериев оценки его эффективности, направленности действия. На каждом конкретном этапе развития организационно-экономический механизм агропромышленного комплекса приобретает определенную целевую ориентацию, соответствующее внутреннее строение и содержание, детерминированные сложившимися экономическими и институциональными условиями развития. Так, например, вступление России в ВТО резко изменило направления государственной поддержки агропромышленного производства, привело к необходимости выработки инструментов и механизмов, способствующих повышению конкурентоспособности продукции [2, 3]. К внутренним факторам, влияющим на развитие организационноэкономического механизма агропромышленного комплекса относятся 321

производственные факторы (отсутствие или недостаток необходимых материально-технических ресурсов, низкая культура поставок, перерасход материалов, топлива, энергии, удорожание ресурсов и услуг, дефицит человеческих ресурсов, износ оборудования и транспортных средств, низкое качество посадочного материала, кормов и других ресурсов); транспортные факторы, связанные с осуществлением процесса транспортировки сырья и материалов, необходимых для осуществления производственного процесса, низкоэффективные логистические схемы поставок; квалификационные и другие факторы. Кроме этого существенное влияние оказывают внешние факторы особенно несовершенство законодательной базы и не обустроенность институциональной среда. Рис. 3. Основные элементы организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса [1] Организационно-экономический механизм функционирования хозяйствующих субъектов агропромышленного комплекса целесообразно рассматривать как сочетание мер государственного регулирования (система ценообразования, налогообложения, кредитования, страхования и др.), элементов рыночного воздействия (спрос, предложение, конкуренция) и внутрихозяйственного управления (управление земельными, трудовыми, финансовыми, информационными ресурсами, технологиями, знаниями) (рис. 3) [1, 3]. Трансформационные процессы имеют разную скорость изменений, в связи с чем, исходя из закона развития, можно выделить такие формы трансформации организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса: 1) эволюционная – непрерывно-постепенный онтогенез; революционная – скачкообразная суброгация к новой формации организационно-экономического механизма; 3) реформационная – преобразования организационно-экономического механизма за счет 322

системной инверсии ведения хозяйства, управления экономикой, направлений и способов осуществления экономической политики, с сохранением базовых свойств входящих элементов [2]. Организационно-экономический механизм агропромышленного комплекса с позиции стратегического развития содержит специальные меры государственного управления и поддержки, способствующие созданию условий для эффективного функционирования хозяйствующих субъектов. Эти меры призваны стимулировать рост объемов производства продукции, в том числе с использованием инновационных технологий, повышение ее конкурентоспособности. В связи с этим, организационно-экономический механизм стратегического развития агропромышленного комплекса можно разделить на два блока (рис. 4): - организационный механизм, включающий нормативно-правовое регулирование, институциональную среду, организационную и производственную структуру, функции, методы и формы управления, информационное обеспечение и т.д.; - экономический механизм, включающий субсидирование, льготное налогообложение, финансирование и кредитование и т.д. [3, 4]. Эффективное развитие хозяйствующих субъектов агропромышленного комплекса в условиях нестабильности рыночной конъюнктуры и трансформационных процессов в экономике невозможно без совершенствования организационно-экономического механизма, который представляет собой постоянно эволюционирующую систему, состоящую из объективно обусловленных и взаимосвязанных элементов, воздействующих на экономические интересы посредством эффективного использования производственных ресурсов с целью устойчивого развития агропромышленного производства. 323

В современных социально-экономических условиях трансформация является неизбежным вектором развития организационно-экономического механизма агропромышленного комплекса, поскольку сопровождается изменением свойств элементов, их связей, взаимосвязей и пропорций, обуславливая суброгацию в новое качественное состояние. Трансформация носит объектно-субъектный характер, проявляющийся в действии объективных экономических законов и инициируемых субъектами преобразований, проходящих с определенной скоростью и вектором изменений [2]. Заключение. Развитие и трансформация организационноэкономического механизма агропромышленного комплекса должны происходить по нескольким направлениям: • постоянно-системное совершенствование механизмов и инструментов поддержки хозяйствующих субъектов в агропромышленном комплексе на федеральном и региональном уровнях (финансовый лизинг; материальнофинансовая помощь в подготовке инфраструктурных объектов; создание системы информационно-консультационного обслуживания и подготовки кадров и т.д.); • совершенствование системы кредитования и субсидирования – создание специализированных региональных фондов кредитования хозяйствующих субъектов; компенсация затрат на приобретение материально-технического оборудования и особенно инновационного; грантовая поддержка, особенно мелких и средних предприятий, на продвижение инновационных продуктов; в сельском хозяйстве предоставление грантов начинающим крестьянским (фермерским) хозяйствам, в том числе на бытовое обустройство, а также субсидирование затрат на строительство семейных животноводческих ферм; • организация гарантированных каналов сбыта продукции для мелких товаропроизводителей, направленных на формирование устойчивых и регулируемых локальных рынков продовольствия (введение госзаказа, размещаемого в секторе малых агропромышленных предприятий; установление минимальных закупочных цен на производимую продукцию и т.д.); • создание действенных механизмов развития кооперации, не только на уровне неформальных кооперативно-производственных отношений в виде различной взаимопомощи по совместной обработке земли, уборке урожая, безвозмездного предоставления техники, но и выстраивание кооперативноориентированной модели по промышленной переработки и сбыту продукции, а также интеграция организационно-потребительской кооперации, создание единого кооперативного сектора субъектов агропромышленного комплекса, в особенности малых и средних предприятий. Список литературы: 324

1. O‘zbekiston Respublikasining “Fermer xo‘jaligi to‘g‘risida”gi Qonuni. 2021 yil 21 apreldagi O‘RQ–683-sonli Qonuni tahririda. 2. O‘zbekiston Respublikasi Prezidentining 2019-yil 23-oktabrdagi “O‘zbekiston Respublikasi qishloq xo‘jaligini rivojlantirishning 2020–2030 yillarga mo‘ljallangan strategiyasini tasdiqlash to‘g‘risida”gi PF-5853-sonli Farmoni. 3. Кирсанова, О.В. Экономические условия и механизмы развития малого и среднего бизнеса в сельском хозяйстве: дис. на соиск. учен. степ. канд. эконом. наук: 08.00.05 / Кирсанова Ольга Викторовна; Всероосс. науч.-исслед. ин-т эконом. и норматив. Россельхозакадемии – Ростов-на-Дону, 2014. – 171 с. 4. Озерова, М.Г. Трансформация экономического механизма развития аграрного сектора региона: дис. на соиск. учен. степ. док-ра. эконом. наук: 08.00.05 / Озерова Мария Георгиевна; Красноярский гос. аграр. ун-т. – Красноярск, 2017. – 358 с. 5. Реймер В.В. Развитие малых форм хозяйствования в аграрном секторе экономики: монография / В.В. Реймер, А.А. Павличенко. – Благовещенск: Дальневосточный ГАУ, 2018. – 179 с. 6. Хозяйственный механизм в сельском хозяйстве социалистических стран / Под ред. А.М. Емельянова, Н.Г. Попова. – М.: Изд-во Москов. ун-та, 1988. – 240 с. TA’LIMDA MOBIL TEXNOLIGIYALARDAN FOYDALANISHING AFZALLIKLARI Yangiboyev Berdiyar Yangiboyevich, QarIPU professori, iqtisodiyot fanlari doktori, e-mail: yangiboyevberdiyar @mail.ru Annotatsiya. ta’lim tizimi har bir mamlakatda shakllangan an’analar, xalqining dunyoqarashi va ta’limga bo‘lgan munosabati kabilar asosida shakllanadi, shu bilan birga, ta’limning sifatiga asosiy e’tibor qaratilishi, tabiiy hol hisoblanadi. Ushbu maqolada mamlakatimizda ta’limning sifatlini yaxshilab borishda zamonaviy mobil texnologiyalaridan foydalanishning ayrim jihatlari qarab chiqildi. Kalit so‘zlar: raqamli texnologiyalar, raqamli bilimlar, mobil texnologiyalar, uyali aloqa, mobil axborot terminallari. Аннотация. Система образования в каждой стране формируется на основе сложившихся традиций, мировоззрения народа и его отношения к образованию. При этом особое внимание уделяется повышению качества образования, что является естественным процессом. В данной статье рассмотрены отдельные аспекты использования современных мобильных технологий в процессе повышения качества образования в нашей стране. Ключевые слова: цифровые технологии, цифровые знания, мобильные технологии, мобильная связь, мобильные информационные терминалы. Abstract. the education system in every country is shaped by established traditions, the worldview of its people, and their attitude toward education. At the same time, special attention is naturally given to improving the quality of education. This article examines several aspects of using modern mobile technologies to enhance the quality of education in our country. Keywords: digital technologies, digital knowledge, mobile technologies, mobile communications, mobile information terminals. 325

Kirish. XX asrning oxirlaridan boshlab, raqamli texnologiyalar tez taraqqiy etib bormoqda va qisqa vaqt ichida har bir mamlakatning milliy iqtisodiyot tarmoqlari hamda odamlarning shaxsiy hayotiga jadallik bilan kirib bormoqda. XXI asrga kelib, bu jarayonlarning yanada rivoj topishi turgan gap. Mamlakatimiz Prezidenti Sh.M.Mirziyoyev ta’kidlab o‘tganlaridek “Yangi asrda raqamli iqtisodiyotning shakllanishi tendentsiyaviy tus oldi” [1]. Hozirga kelib, zamonaviy raqamli texnologiyalarning, jumladan, internet tizimining paydo bo‘lishi insoniyatni bir-biri bilan bevosita bog‘lashda eng birlamchi vosita sifatida o‘z o‘rnini mustahkam egalladi, misol uchun telefon aloqasi bo‘lmagan paytlarda qo‘llanilib keingan turli qurilmalar eski tarixda qolib ketdi. Mamlakatimizda ham keyingi yillarda bu yo‘nalishdagi ishlarni zamon talablari darajasida maromiga yetkazishga alohida e’tibor qaratilib kelinmoqda. “2026 yilga borib barcha qishloq va ovullar internetning butunjahon axborot tarmog‘i bilan to‘liq qamrab olinib, uning tezligi o‘n karra oshiriladi” [2]. Darhaqiqat, so‘ngi yillarda raqamli texnologiyalar tez taraqqiy etib bormoqda va qisqa vaqt ichida insoniyat dunyosini tubdan o'zgarib yubordi, bugungi kunga kelib, aholi yashaydigan barcha manzillarga raqamli texnologiyalar yangiliklari yetib bordi, ularsiz hozirgi hayotimizning mazmunini tasavvur qilib bo‘lmaydi. Raqamli iqtisodiyot sohasidagi eng buyuk kashfiyotlardan biri - bu mobil texnologiyalardir. Har bir mamlakat iqtisodiy taraqqiyotining kelajagi ko‘p jihatdan zamonaviy raqamli texnologiyalardagi ijobiy o‘zgarishlarga bog‘liq bo‘lib bormoqda. Yurtboshimiz takidlab o‘tganidek “Taraqqiyotga erishish uchunraqamli bilimlar va zamonaviy axborot texnologiyalarini egallashimiz shart va zarur. Bu bizga rivojlanishning eng qisqa yo‘lidan borish imkonini beradi” [3]. Mobil texnologiyalarning yuqori tezlikdagi simsiz texnologiyalarni o‘z ichiga qamrab olganligi, ulardan foydalanish imkoniyatining yuqoriligi bois ulardan milliy iqtisodiyotning barcha sohalarida, shu jumladan, ta’lim sohasida foydalanish alohida ahamiyat kasb etmoqda. Barcha xizmatdagi foydalanuvchilarni qiziqtiradigan jihatlar, birinchi navbatda, tezkorlik, arzon global aloqa, muloqot va axborot almashuvidagi qulaylik va ajoyib tarmoq zahiralaridir. Mavzuning mazkur muammoga bag‘ishlanganligi, uning dolzarbligidan dalolat beradi. Asosiy qism. XX1 asrning boshlarida mobil qurilmalar oddiygina mobil telefon, GPS o‘rnatilgan veb - brauzer va tezkor xabarlardan iborat bo‘lgan bo‘lsa, bugungi kunga kelib, an’anaviy mobil qurilmalari safiga smartfonlar, iPhonelar, planshetlar, elektron kitoblar, cho‘ntak personal kompyuterlari, netbooklar, ultrabuklar, aqlli soat, mobil banking kabilar qo‘shildi va ular raqamli axborot kommunikatsiya texnologiyalarini rivojlantirishning asosiy harakatlantiruvchi kuchiga aylanib ulgurdi. Insoniyat tsivilazatsiyasining hozirgi davriga kelib, ilm-fan va sifatli ta’limga e’tibor har qachongidan ham ko‘chaydi, chunonchi mamlakatimiz 326

Prezidenti ta’kidlab o‘tganlaridek, “Eng katta boylik - bu aql-zakovat va ilmdir” [4]. Mobil texnologiyalar muhitida innovatsiya jarayonlari juda yuqori sur’atlar bilan o‘sib bormoqda, ularining hayotga keng miqyosda tatbiq etilishida Gipermatn g‘oyasining o‘rni benihoya katta. Gipermatn g‘oyasi tarmoqdagi informatsion zahiralarga gipermatn modelini yaratishdagi yondashishdan foydalanish va uni maksimal oddiy usul bilan bajarishga asoslangan. Mobil texnologiyalar har bir mamlakat milliy iqtisodiyotida, shu jumladan, ta’lim tizimida alohida o‘rin egallab, mobil ta’lim nomini oldi. Eng asosiysi mobil texnologiyalar ta’lim sifatining oshishiga bevosita ta’sir ko‘rsatadi. Shuning uchun ham mamlakatimiz Prezidenti 2022 - yilning 20 - dekabrida Oliy Majlisga va O‘zbekiston xalqiga Murojaatida 2023 yilni “Insonga e’tibor va sifatli ta’lim yili”, deb e’lon qilganida katta ramziy ma’no mujassam edi [5]. Mobil ta`lim mobil qurilmalardan foydalanib o‘qishni va ta`limni tashkillashtirish imkonini beradi, uning barcha muhim tomonlari qarab chiqilgandan so‘ng, muallim ta’lim jarayonini loyihalashtirishda ma’lum talablarini bajarishi asosiy shart sifatida qabul qiladi. Rivojlangan davlatlarda mobil ta’lim texnologiyalari va telefon orqali muloqat qiluvchilarning soni jadal tarzda ortib borayotganligi kuzatilmoqda, ayrim ta’lim muassasalari bu yo‘nalishda BYOD (Bring Your Own Device) uslubiga o‘tmoqda. Mazkur uslub ta’lim muassasasini kompyuter qurilmalari bilan jihozlash xarajatlarini kamaytirishga sabab bo‘ladi, chunki mobil texnologiyalar egalari o‘z qurilmalarini, muassasa kompyuter jihozlarini yangilashiga nisbatan tezroq yangi modelga almashtiradi. Bunda o‘qituvchi tomonidan mobillik darajasi tanlanadi va shu darajada qo‘llash mumkin bo‘lgan raqamli axborot ta’lim resurslari ajratib olinadi. Ushbu jarayonda elektron darslik (bu nashr etilgan kitobning PDF versiyasidan hajm jihatidan bir muncha katta hamda qidiruv va lo‘g‘at kabi funksiyalar qo‘shilib yaxshilangan ko‘rinishdagi kitobdir), dasturiy ilovalar va so‘rovnomalar kabi ta’lim berish imkoniyatlarini oshiruvchi vositalar o‘rganiladi va tizimlashtiriladi. Mobil texnologiyalardan ta’lim maqsadlarida foydalanishning bir necha yo‘llari mavjud bo‘lib, bularni quyidagilarga ajratish mumkin: Birinchidan, mustaqil ta’lim olishga. Mobil ta’lim texnologiyalari asosida materiallardan foydalanishning qulayligi va soddaligi, interaktivlik hamda o‘zo‘zini boshqarish va o‘z-o‘zini baholash imkonini beruvchi maxsus ilovalar yotganligi uchun mustaqil ta’lim olish imkoniyati yaratiladi. Ikkinchidan, mobil ta’lim texnologiyalarining g‘oyalari maktablarda, shuningdek, oliy ta’lim muassasalarida an’anaviy o‘quv jarayonida ham birdek qo‘llanilishi mumkin. Uchinchidan, mobil ta’lim masofaviy o‘quv kurslariga samarali to‘ldiruvchi vazifasini o‘tashi mumkin. Ta’limda mobil texnologiyalarni qo‘llashda dasturiy ilova (internetdan yuklab olingan dasturiy ta’minotning bir qismi bo‘lib, mobil operatsion tizimlarda 327

ishlash uchun mo‘ljallangan)ning o‘rni katta ahamiyatga ega bo‘lib, oddiy o‘yin formatida yoki biror bir predmetni o‘qitish uchun mo‘ljallangan, masalan, matematika, ximiya va tillarni o‘rgatuvchi ilovalar ham bo‘lishi mumkin. Mualliflar so‘rovnomalarni sinflarda har doim o‘tkazib kelishadi, ular raqamli mobil texnologiyalar vositasida o‘tkazilsa, bu jarayonning samaradorligi oshiriladi. Mualliflar ushbu so‘rovnomalar yordamida ta’lim oluvchilar yoki tinglovchilarning qiziqishlarini aniqlashlari va shu asosda ta’lim yo‘nalishlari va uslublarini o‘zgartirishlari mumkin. Bunday yondashuvdan olingan natijalarning umumiy samaradorligi yuqori bo‘ladi. Xulosalar. Ta’lim jarayonlariga raqamli mobil texnologiyalarni qo‘llash bilan bog‘liq bo‘lgan masalalarni o‘rganib chiqib, quyidagilarni xulosa sifatida keltirish mumkin: -raqamli iqtisodiyotning kelajagi ko‘p jihatdan mobil texnologiyalarning rivojlanishiga ham bog‘liq; -mobil texnologiyalar yuqori tezlikdagi simsiz zamonaviy texnikalarni o‘z ichiga qamrab olgan texnologiyalardir; -zamonaviy mobil texnologiyalardan milliy iqtisodiyotning barcha tarmoq va sohalariga, jumladan, ta’lim sohasiga joriy qilish eng birlamchi vosita sifatida o‘z o‘rniga ega bo‘lib bormoqda; -ta’limning barcha shakllarida mobil texnologiyalar yordamida mashg‘ulotlarini olib borish jarayoniga turlicha yondashish mumkin bo‘ladi; -ta’lim sifatini yaxshilashda zamonaviy elektron darslikdan ta’lim oluvchilar va pedagoglar xabarlar kanali, ijtimoiy media platformasi orqali ma’lumot almashuvini qamrab olishlari mumkin bo‘ladi; -ta’limga raqaamli mobil texnologiyalarni joriy qilishdan olingan natijalarning umumiy samaradorligi yuqori bo‘ladi. Foydalanilgan adabiyotlar ro‘yxati: 1. Mirziyoyev, Sh.M. (2022). Yangi O‘zbekiston taraqqiyot strategiyasi. To‘ldirilgan ikkinchi nashri. –T.: “O‘zbekiston”, 175-bet. 2. Mirziyoyev, Sh.M. (2024). Hozirgi zamon va yangi O‘zbekiston. –T.: “O‘zbekiston”, 93-bet. 3. Mirziyoyev, Sh.M. (2021). Yangi O‘zbekiston strategiyasi. –T.: “O‘zbekiston”, 24-bet. 4. Mirziyoyev, Sh.M. (2021). Yangi O‘zbekiston strategiyasi. –T.: “O‘zbekiston”, 25-bet. 5. O‘zbekiston Respublikasi Prezidentning 2022 - yil 20 - dekabrdagi Oliy Majlisga va O‘zbekiston xalqiga Murojaati. //Xalq so‘zi, 2022- yil, 23-dekabr. OLIY TA’LIM TIZIMIDA INVESTITSIYA RISKLARINI KAMAYTIRISH IMKONIYATLARI Jonuzokov Mirzabek Kulmamatovich, TDIU, “Iqtisodiyot va menejment” kafedrasi PhD katta o‘qituvchisi Annotatsiya. Oliy ta’lim sohasida investitsiya oqimi oshishi va ta’lim muassasalararo raqobat investitsion risklarni to‘g‘ri baholash va boshqarishni talab qiladi. Ushbu ishda risk va daromad muvozanati, investitsiyalarni diversifikatsiya qilish, portfel nazariyasi va tizimli hamda 328

tizimli bo‘lmagan risklarni boshqarish kabi asosiy investitsion risklarni kamaytirish imkoniyatlari tahlil qilinadi. Kalit so‘zlar: oliy ta’lim investitsiyalari, investitsion riskni pasaytirish shartlari, investitsion riskni baholash, investitsion risklarni kamaytirish imkoniyatlari. Аннотация. Рост инвестиционных потоков в секторе высшего образования и конкуренция между образовательными учреждениями требуют надлежащей оценки и управления инвестиционными рисками. В данной работе анализируются основные варианты снижения инвестиционного риска, такие как баланс риска и доходности, диверсификация инвестиций, теория портфеля, а также систематическое и несистематическое управление рисками. Ключевые слова: инвестиции в высшее образование, условия снижения инвестиционного риска, оценка инвестиционного риска, варианты снижения инвестиционного риска. Abstract. The increase in investment flows in the higher education sector and competition between educational institutions require proper assessment and management of investment risks. This work analyzes the main investment risk reduction options, such as risk-return balance, investment diversification, portfolio theory, and systematic and unsystematic risk management. Keywords: higher education investments, investment risk reduction conditions, investment risk assessment, investment risk reduction options. Kirish. Oliy ta’lim sohasida investitsiya oqimining oshishi hamda xususiy va davlat oliy ta’lim muassasalari o‘rtasidagi raqobatning kuchayishi investitsion risklarni aniq baholash va samarali boshqarishni zarur qiladi. Yangi tashkilotlarning bozorga kirib kelishi va mavjud muassasalarning bozordan chiqib ketishi esa ushbu jarayonning birinchi bosqichi sifatida risklarni oldindan aniqlash va baholashning muhimligini oshiradi. Ta’kidlash joizki, O‘zbekiston Respublikasi Prezidenti Shavkat Mirziyoyev ta’kidlaganidek, “yangi O‘zbekiston sharoitida oliy ta’lim tizimini rivojlantirishga investitsiyalarni keng jalb qilish orqali uning raqobatbardoshligini oshirish muhim vazifalardan biri hisoblanadi” 64 . Shu bois, oliy ta’lim muassasalarida investitsiya loyihalarini amalga oshirish jarayonida risklarni baholash mexanizmlarini takomillashtirish zaruriyati ortadi. Mazkur jarayonda oliy ta’lim tizimida investitsiya risklarini kamaytirish nafaqat moliyaviy ko‘rsatkichlarni tahlil qilish, balki institutsional barqarorlikni ta’minlash, ta’lim xizmatlari sifatini oshirish, mehnat bozori talablariga moslashuv darajasini kuchaytirish hamda innovatsion salohiyatni rivojlantirish kabi omillarni kompleks yondashuv asosida baholashni talab etadi. Investitsiya loyihalarining uzoq muddatli xarakterga egaligi risklarni kamaytirish maqsadida zamonaviy iqtisodiy-matematik usullar, prognozlash modellari va stsenariy tahlillaridan foydalanishni zarur etadi. Shuningdek, investitsiya qarorlarini qabul qilish jarayonida mavjud noaniqlik darajasini pasaytirish uchun axborot shaffofligini oshirish, raqamli monitoring tizimlarini joriy etish hamda baholash mexanizmlarini institutsional jihatdan mustahkamlash muhim ahamiyat kasb etadi. Mazkur choralar investorlar 64 O‘zbekiston Respublikasi Prezidenti Sh.Mirziyoyevning 2023-yil 11-sentabrdagi PF-158 son Farmoni bilan tasdiqlangan “O‘zbekiston-2030” strategiyasi 329

uchun ishonchli investitsion muhitni shakllantirish bilan birga oliy ta’lim muassasalarining investitsion jozibadorligini oshirish, resurslardan samarali foydalanish va moliyaviy barqarorlikni ta’minlashga xizmat qiladi. Natijada, investitsiya risklarini kamaytirishga qaratilgan tizimli boshqaruv yondashuvi oliy ta’lim sektorida strategik rejalashtirishning muhim tarkibiy qismiga aylanib, investitsiya loyihalarining iqtisodiy samaradorligini oshirish, boshqaruv qarorlarining aniqligini kuchaytirish hamda ta’lim tizimining uzoq muddatli raqobatbardoshligini ta’minlash imkonini beradi. Investitsiya tavakkalchiliklarini kutilgan daromad bilan muvozanatlash orqali kamaytirish mumkin. Sharpe(1964)ning CAPM tamoyillaridan foydalangan holda, muassasalar kutilgan daromadlarni bozor tavakkalchiligi bilan bog‘lab, real daromad prognozlarini tuzish va xabardor qarorlar qabul qilish imkoniyatiga ega bo‘ladi65. Loyihalar, tarmoqlar va moliyalashtirish manbalari bo‘yicha investitsiyalarni diversifikatsiya qilish va oliy ta’lim muassasalarining jozibdorligini oshirish muhim hisoblanadi. Oliy ta’lim muassasalarida investitsiya risklarini baholash kompleks yondashuvni talab qilib, oliy ta’lim tizimining tarkibiy, moliyaviy, huquqiy va bozor xususiyatlarini hisobga oladigan, shuningdek, muassasalarning ijtimoiy va iqtisodiy vazifalari hamda raqobat muhitini mujassamlagan ko‘rsatkichlar tizimi muhim hisoblanadi 66 . An’anaviy moliyaviy ko‘rsatkichlar tashqari, ta’lim muassasalarining ijtimoiy maqsadlarini ham hisobga olgan holda investitsion risklarni baholash imkoniyatlari bilish lozim hisoblanadi. Oliy ta'limga investitsion riskni baholash va jalb qilish iqtisodiy rivojlanishda muhim omil bo‘lib, inson kapitalini rivojlantirish va innovatsiyalarni rag‘batlantirishga xizmat qiladi. Shu bilan birga, bu sohada makroiqtisodiy o‘zgarishlar, texnologik innovatsiyalar va moliyaviy bozor konyukturasi o‘zgarishlari hisobga olish muhim. Tadqiqotlardan kelib chiqib, oliy ta’lim sohasida investitsion risklarni kamaytirishning asosiy imkoniyatlarini quyidagilarda ifodalash mumkin: yuqori daromad odatda yuqori risk bilan bog‘liq bo‘lib, barqaror loyihalarni tanlash va daromad manbalarini diversifikatsiya qilish orqali investitsion riskni kamaytirish imkoniyati; oliy ta’lim muassasalarida sohalar va moliyalashtirish modellari bo‘yicha portfelni diversifikatsiya qilish yakka tartibdagi loyihalarning muvaffaqiyatsizligidan keladigan risklarni kamaytiradi; investitsion portfelni shakllantirishda Portfel nazariyasi (Garri Markovits) asosida past riskli loyihalarga ustuvorlik berib va korporativ risklarni boshqarish 65 Sharpe, W. F. (1964). Capital Asset Prices: A Theory of Market Equilibrium Under Conditions of Risk. Journal of Finance. 66 Jonuzokov, M. (2025). Respublika Iqtisodiy Taraqqiyotida Oliy Ta’limni Modernizatsiya Qilish va Investitsiya Jozibadorligining O‘rni. Green Economy and Development. 330

(ERM) usullarini qo‘llash investitsion risklarning strategik boshqaruvini ta’minlaydi67; davlat-xususiy sheriklik (DXSH) mexanizmlari rivojlantirish imkonini beradi; kapital aktivlarini narxlash modeli (CAPM) yordamida bozor riski hisobga olish, inflyatsiya va bozor o‘sishini inobatga olgan holda realistik daromad prognozlarini ishlab chiqish imkonini beradi; Qurilish, texnologik va moliyaviy risklar sug‘urta va xedjing mexanizmlari orqali kamaytirish, DXSH va xalqaro grantlar orqali investitsiya oqimlarini oshirish va risklarni kamaytirish imkonini beradi. Oliy ta’lim tizimida investitsiya risklarini kamaytirish barqaror investitsiya muhitini ta’minlash nuqtai nazaridan muhim ahamiyatga ega 68 . Investitsiya risklarini boshqarish vositalari sifatida risk va daromadni muvozanatlash, investitsiya portfelini diversifikatsiya qilish hamda past riskli loyihalarga ustuvorlik berish ko‘rsatiladi. Tizimli va tizimsiz risklar sifatida davlat-xususiy sheriklik mexanizmlari, korporativ boshqaruv, audit va sug‘urta vositalari orqali samarali tarzda kamaytiriladi. Shu bilan birga, bozor riskini hisobga oladigan real daromad prognozlari va bosqichma-bosqich investitsiya risklarni minimallashtirishga imkon beradi. Bundan tashqari, oliy ta’lim tizimida investitsiya risklarini kamaytirish maqsadida davlat va xususiy sektor o‘rtasidagi hamkorlik mexanizmlarini rivojlantirish, moliyalashtirish manbalarini diversifikatsiya qilish hamda risklarni samarali taqsimlash tamoyillarini amaliyotga joriy etish muhim ahamiyat kasb etadi. Xususan, davlat-xususiy sheriklik loyihalari, grantlar va endaument fondlarini shakllantirish, shuningdek, ilmiy-tadqiqot faoliyati natijalarini tijoratlashtirish kabi mexanizmlar investitsiya yuklamasini muvozanatlashtirish orqali moliyaviy risklar darajasini pasaytirishga xizmat qiladi. Investitsiya risklarini boshqarish usullariga misol sifatida investitsiyalarni turli sohalar bo‘yicha taqsimlash, real daromad prognozlarini tuzish, xedjing va bosqichma-bosqich moliyalashtirishni keltirish mumkin. Bugungi kunda jarayonlarni raqamlashtirish va mehnat bozoriga mos kadrlarni tayyorlash oliy ta’lim uchun strategik ahamiyatga ega. Shu sababli, investitsiya risklarini to‘g‘ri baholash va resurslarni optimal taqsimlash zarur. Foydalanilgan adabiyotlar ro‘yxati: 1. O‘zbekiston Respublikasi Prezidenti Sh.Mirziyoyevning 2023-yil 11-sentabrdagi PF-158 son Farmoni bilan tasdiqlangan “O‘zbekiston-2030” strategiyasi 2. INVESTITSIYA RISKLARINING TURLARI. (2025). Modern Education and Development, 26(2), 153-158. https://scientific-jl.com/mod/article/view/13921 67 Lord, M. (2020). University Endowment Committees, Modern Portfolio Theory and Performance. Journal of Risk and Financial Management, 13(9), 198. 68 INVESTITSIYA RISKLARINING TURLARI. (2025). Modern Education and Development, 26(2), 153158. https://scientific-jl.com/mod/article/view/13921 331

3. Sharpe, W.F. (1964). Capital Asset Prices: A Theory of Market Equilibrium Under Conditions of Risk. Journal of Finance. 4. Jonuzokov, M. (2025). Respublika Iqtisodiy Taraqqiyotida Oliy Ta’limni Modernizatsiya Qilish va Investitsiya Jozibadorligining O‘rni. Green Economy and Development. 5. Lord, M. (2020). University Endowment Committees, Modern Portfolio Theory and Performance. Journal of Risk and Financial Management, 13(9), 198. THE ROLE AND IMPORTANCE OF DIGITAL ECONOMY, MANAGEMENT, AND FINANCIAL TECHNOLOGIES IN DEVELOPMENT Ko'charboyeva O'g‘iloy Otamurod qizi, Student of Navoi State University, Email: ogiloy279@gmail.com Scientific Advisor: M.N. Nadjmiddinova, Teacher of Department of Applied English, Navoi State University Abstract. The digital economy, encompassing digital infrastructure, digital platforms, and technological innovation, has become a key driver of economic growth and development worldwide. This paper examines how digitalization, effective management practices, and financial technologies (fintech) contribute to sustainable development, with a special focus on Uzbekistan. We review literature and data from global organizations (e.g. World Bank, IMF, OECD) and industry reports, noting that the digital economy fuels job creation and innovation. Fintech services expand financial inclusion for underserved populations. However, significant digital divides persist both between and within countries. In Uzbekistan, government strategies like “Digital Uzbekistan 2030” have driven rapid growth in internet use (from 6.07 million users in 2013 to 29.5 million by 2024) and a burgeoning startup ecosystem (over 750 startups, 60+ in fintech). Nonetheless, uneven access and low digital literacy—especially in rural areas—remain challenges. We discuss global and Uzbek-specific developments, using statistics and charts to illustrate key points, and conclude that coordinated policies in infrastructure, education, and regulation are crucial to harness the full benefits of the digital economy and fintech for inclusive development. Introduction. The digital economy broadly refers to economic activities enabled by digital tools and technologies (e.g. internet, mobile, cloud services, platforms). It encompasses e-commerce, digital services, data analytics, and other innovations that transform traditional sectors. Accompanying this are new management paradigms, including digital governance and organizational adaptation, as well as financial technologies (fintech) like mobile banking and digital payments. Together, these elements are reshaping development: a thriving digital economy can spur growth, create jobs, and improve service delivery. For example, World Bank analysis highlights that digitalization “fuels job creation, fosters innovation, and accelerates sustainable development”.Likewise, fintech 332

platforms extend financial access to underserved groups, boosting inclusion and resilience. However, progress is uneven. Billions remain offline, and large digital divides persist between advanced and developing countries. Management challenges (such as digital skill gaps and regulatory lags) can slow the transition. This paper explores the role of the digital economy, management practices, and fintech in development. We review global trends and academic insights, then focus on Uzbekistan—a country actively pursuing digital transformation—to assess local progress and challenges. By combining global data and a case study, we aim to illustrate how digital innovations and effective governance together can advance inclusive development. Digital Economy and Development. Numerous studies document the economic impact of digitalization. A recent systematic review notes that the ICTdriven digital economy has become a “significant contributor to economies worldwide,” though its exact measurement remains challenging. Empirical research shows that digital sectors grow much faster than traditional industries. For instance, one analysis of Chinese cities finds that digital economy development significantly enhances high-quality economic growth, partly by stimulating green innovation. Such findings align with World Bank observations that the ICT and digital services sectors have outpaced the broader economy, especially in leading countries. At the same time, the literature emphasizes that benefits are uneven: advanced economies capture most value added in IT and digital services, while many developing countries lag in adoption. Much scholarship highlights the gap between the “digital haves and havenots.” As the World Bank notes, although digital technologies are transforming many aspects of life, “billions of people around the world are still offline”. In developing regions, limited infrastructure and skills often leave significant portions of the population unconnected. Financial technologies, however, offer pathways to inclusion. Industry reports find that fintech firms increasingly target underserved segments (e.g. MSMEs, low-income groups, women). IFC research confirms that expanding access to finance—often through digital channels—is correlated with GDP growth and poverty reduction. Even so, the literature cautions that digital methods alone cannot reach everyone: for example, a WEF report notes that only ~35% of people in developing countries have internet access, so fintechs employ mixed strategies (including agent networks and SMS services) for rural outreach. Management and Governance. The role of management in digital transformation is also discussed in the literature. Successful digital economies require adaptive organizations and supportive governance structures. For example, Niu (2022) argues that a sustainable digital economy depends not just on technology, but on firms’ capacity to innovate and adapt to new digital platforms.This suggests that managerial practices (e.g. agile project management, digital skill-building, e-government reforms) are critical. In line with this, the OECD emphasizes the need to develop digital skills and regulatory frameworks. 333

An OECD report on Uzbekistan highlights that while national strategy (“Digital Uzbekistan 2030”) has expanded e-government services, limited digital skills (especially in SMEs) hinder full adoption. These sources indicate that integrating digital tools with effective management and policy is key to maximizing development gains. Collectively, the literature establishes that digitization and fintech are powerful engines for growth and inclusion, but success depends on addressing infrastructure gaps, regulatory barriers, and skill shortages. This paper builds on these insights by applying them to global trends and the Uzbekistan context. Analysis and Discussion. Global Internet usage has expanded dramatically over the last decade. As the chart above shows, active internet users grew from approximately 2.99 billion in 2015 to over 6.04 billion by 2025. This surge reflects rapid mobile adoption and falling connectivity costs. The World Bank observes that digital technologies now “transform economies, creating jobs, and improving lives,” even as it warns that billions remain without access. In summary, key global digital economy trends include: Rapid connectivity growth: Internet users have doubled globally, driven by mobile broadband expansion. Approximately 5.74 billion people (72.8% of the population) now use mobile internet, enabling e-commerce and digital services. Economic concentration: The digital services sector is an engine for growth (e.g. IT and software), but benefits concentrate in tech-leading countries. The top six economies produce ~70% of global IT services output. Many lower-income countries still have low internet penetration and digital literacy. Digital infrastructure upgrade: Countries are upgrading networks (e.g. to 4G/5G) to support digital adoption. However, policy frameworks, spectrum, and local data capacity are uneven, so OECD notes that middle-income countries (including Uzbekistan) often lag OECD averages in tech adoption. AI, open finance and blockchain are reshaping digital finance globally. Policymakers in Asia and elsewhere see fintech and digital finance as keys to financial inclusion and competitiveness. Worldwide, these trends mean the digital economy is expanding but with stark divides. On one hand, fintech innovations are broadening access: for example, a World Economic Forum report highlights that fintech firms serve large shares of low-income and small business customers. IMF research similarly finds that fintech expansion in developing countries “helped expand financial inclusion” significantly. On the other hand, structural barriers remain: roughly one-third of the global population is still unconnected, and even among account holders, usage of digital financial services varies greatly. Turning to Uzbekistan, recent data show very rapid digital growth alongside persistent gaps. Government statistics and UNDP research indicate: The number of internet users in Uzbekistan exploded from 6.07 million in 2013 to 27.2 million by 2022 (CAGR 19.1%), and reached about 29.5 million by 334

early 2024. Mobile penetration is high (30.2 million subscribers in 2022), with 4G networks covering most of the population. Uzbekistan has become a regional fintech hub. The government reports over 750 startups (15 venture funds, $180M VC) in 2024. UNDP notes that “fintech dominates the start-up ecosystem” with 60+ fintech firms. These include payments apps, micro-lending platforms, and blockchain pilots. Formal account ownership has grown. An IFC survey shows account ownership rose from 23% of adults in 2011 to 37% in 2017 and a recent Visa survey notes a near doubling of adults with accounts over a decade. However, use of financial services is uneven: an IFC study reports only ~36% of Uzbekistanis held accounts in 2020, with stark rural-urban gaps (43% urban vs 27% rural). According to Visa, fintech-driven payment adoption has accelerated; two-thirds of small businesses now report higher revenues and efficiency from accepting digital payments. Still, many citizens (especially in rural areas) remain largely cash-based due to infrastructure and trust issues. Despite broad connectivity, significant divides persist. UNDP finds internet is mainly accessed via mobile phones (87% of women online daily do so on mobile). Urban residents enjoy cheap, fast internet, whereas rural areas pay more for slower service. Digital literacy (including financial digital skills) is low, especially outside cities. Moreover, Uzbekistan has a notable gender gap (13% in the Economist’s Inclusive Internet Index). In response, Uzbekistan’s leadership has prioritized digital transformation. The “Digital Uzbekistan 2030” strategy targets 70% of public services online, high-speed connectivity, and a $100T souvenir (typo in source? likely meaning digital exports goal) by 2030. Progress is evident: Internet speeds are higher and covers more than 90% of populated areas, and the country’s IT sector exports grew from $170M to $1B in five years. The startup ecosystem’s $3.9B valuation and $180M venture capital pool signal strong investor interest. Management and policy reforms have accompanied these changes. Uzbekistan has created a Ministry of Digital Technologies and implemented egovernment platforms, moving from 75th to 55th in the UN e-Government Development Index (projected). Training programs (e.g. “1 million Uzbek coders”) aim to close the skills gap. International partners (World Bank, OECD) support these efforts. For example, an OECD report on Uzbekistan praises the national strategy’s early achievements in expanding e-services, while recommending further investment in digital skills and SME support. Overall, in Uzbekistan digitalization is advancing rapidly but unevenly. Key challenges include ensuring rural connectivity, improving digital and financial literacy, and fostering competitionto sustain fintech growth. Addressing these through informed management (regulation, skills programs) will amplify the impact on development. Conclusion. In summary, the evidence shows that the digital economy, when coupled with strong management and fintech innovation, can be a powerful 335

engine for development. Globally, digitalization has created new industries and markets: IT and digital services are growing two to six times faster than traditional sectors. Fintech is expanding financial access for millions: WEF reports that underserved groups (MSMEs, low-income populations) increasingly rely on fintech services. However, persistent divides remain; policy support is needed to ensure inclusivity. Uzbekistan’s case illustrates both promise and obstacles. Government-led reforms have boosted connectivity (29.5M internet users, high mobile coverage) and sparked a vibrant startup scene. Digital payments are rising (doubling formal accounts over a decade), and there are positive effects on businesses and wellbeing. Still, rural communities and older generations risk being left behind, as indicated by the urban-rural and gender gaps. Going forward, coordinated strategies are essential. Uzbekistan (and similar economies) should continue expanding infrastructure, while also investing in education and trust-building. International experience suggests that technology adoption must be complemented by data protection, competition policy, and financial literacy programs. If managed well, the digital economy and fintech can lift productivity, broaden access to finance, and integrate Uzbekistan more fully into global value chains. In doing so, they will help transform national development, supporting SMEs, fostering innovation, and ultimately contributing to more inclusive economic growth. References: 1. International Finance Corporation. (2018). Enhancing financial capability and inclusion in Uzbekistan. IFC. Retrieved from https://www.ifc.org 2. International Finance Corporation. (2022). Banking on FinTech in Emerging Markets. Cleo Rose Innes&Jacqueline Andrieu, IFC. Retrieved from https://www.ifc.org 3. International Finance Corporation. (2025). Digital Finance to Drive Viet Nam’s Economic Growth, Job Creation, and Access to Finance for All (Press Release, Oct. 29). Retrieved from https://www.ifc.org 4. Niu, F. (2022). The role of the digital economy in rebuilding and maintaining social governance mechanisms. Frontiers in Public Health, 9, 819727. https://doi.org/10.3389/fpubh.2021.819727 5. Oloyede, A. A., Faruk, N., Noma, N., Tebepah, E.,&Nwaulune, A. K. (2023). Measuring the impact of the digital economy in developing countries: A systematic review and metaanalysis. Heliyon, 9(7), e17654. https://doi.org/10.1016/j.heliyon.2023.e17654 6. Chen, Z., &Xing, R. (2025). Digital economy, green innovation and high-quality economic development. International Review of Economics&Finance, 99, 104029. https://doi.org/10.1016/j.iref.2025.104029 7. World Bank. (2023). Digital Progress and Trends Report 2023. Washington, DC: World Bank. Retrieved from https://www.worldbank.org 8. World Bank. (2025, April 10). Digital Economy [web page]. Retrieved from https://www.worldbank.org 9. United Nations Conference on Trade and Development. (2024). Digital Economy Report 2024: Shaping an environmentally sustainable and inclusive digital future. Geneva: UNCTAD. Retrieved from https://unctad.org 336

10. World Economic Forum. (2025, July 8). Stable growth and broader access: Here’s how fintech is reshaping finance [News story]. Retrieved from https://www.weforum.org/stories/2025/07/fintech-growth-inclusion-financial-services/ 11. OECD. (2023). Digital Skills for Private Sector Competitiveness in Uzbekistan. Paris: OECD Publishing. https://doi.org/10.1787/6c54f447-en 12. OECD. (2025). OECD Asia Roundtable on Digital Finance 2025 (Roundtable Conference Summary). 13. Paris: OECD.United Nations Development Programme. (2025). Digital Economy of Uzbekistan: The State of Digital Entrepreneurship and Artificial Intelligence. Tashkent: Ministry of Economy and Finance of Uzbekistan/UNDP. 14. Government of the Republic of Uzbekistan. (2026). Digital technologies and Transport [Government web portal]. Retrieved Feb. 3, 2026, from https://gov.uz 15. Tipalti. (2025, Dec. 25). Fintech Adoption Hotspots. Retrieved from https://tipalti.com/blog/fintech-adoption-hotspots/ 16. Visa Inc. (2024). Unlocking the Benefits of Digital Payments: Insights from Uzbekistan (White Paper). Visa Consulting&Analytics. 17. International Monetary Fund. (2024). Promise (Un)kept? Fintech and Financial Inclusion (IMF Working Paper No. 24/131). Washington, DC: IMF. 18. International Monetary Fund. (2022). Fintech: Financial Inclusion or Exclusion? (IMF Working Paper No. 22/80). Washington, DC: IMF. ALOHIDA PSIXOLOGIK XUSUSIYATLARGA ASOSLANGAN XODIMLAR BOSHQARUV MODELI Aynakulov Muxitdin Abduxamidovich, iqtisod fanlari nomzodi, professor. E-mail: muhiddinaynakulov@gmail.com Annotatsiya. Mazkur tadqiqotning maqsadi xodimlarning temperament turlari va motivatsion yo‘nalishlariga asoslangan integratsiyalashgan boshqaruv modelini nazariy hamda amaliy jihatdan asoslashdan iborat. Tadqiqot jarayonida tizimli tahlil, qiyosiy baholash, psixodiagnostik usullar va tajriba-sinov yondashuvlari qo‘llanildi. Natijalar shuni ko‘rsatdiki, psixologik omillarni boshqaruv tizimiga integratsiya qilish mehnat samaradorligini 16 foizga, motivatsiya indeksini 19 foizga va innovatsion faollikni 21 foizga oshirdi, ichki nizolar hamda qo‘nimsizlik darajasini kamaytirdi. Xulosa qilib aytganda, alohida psixologik xususiyatlarga tayangan boshqaruv modeli tashkilotning raqobatbardoshligi, barqaror rivojlanishi va inson kapitali samaradorligini ta’minlashning muhim strategik omili hisoblanadi. Kalit so‘zlar: Temperament, motivatsiya, boshqaruv modeli, psixologik xususiyatlar, inson kapitali, mehnat samaradorligi, innovatsion faollik, jamoaviy hamkorlik, qo‘nimsizlik, ichki nizolar, rag‘batlantirish tizimi, psixodiagnostika. Аннотация. Цель данного исследования заключается в теоретическом и практическом обосновании интегрированной модели управления персоналом, основанной на типах темперамента и мотивационных ориентациях сотрудников. В ходе исследования были применены методы системного анализа, сравнительной оценки, психодиагностические инструменты и экспериментальный подход. Полученные результаты показали, что интеграция психологических факторов в систему управления повысила производительность труда на 16 процентов, индекс мотивации на 19 процентов и инновационную активность на 21 процент, а также способствовала снижению уровня внутренних конфликтов и текучести кадров. В заключение можно отметить, что данная модель является важным стратегическим фактором повышения 337

конкурентоспособности организации, устойчивого развития и эффективности человеческого капитала. Ключевые слова: Темперамент, мотивация, модель управления, психологические особенности, человеческий капитал, производительность труда, инновационная активность, командное взаимодействие, текучесть кадров, внутренние конфликты, система стимулирования, психодиагностика. Abstract. The purpose of this study is to provide a theoretical and practical justification of an integrated personnel management model based on employees’ temperament types and motivational orientations. The research employed methods of systematic analysis, comparative evaluation, psychodiagnostic tools, and an experimental approach. The findings indicate that integrating psychological factors into the management system increased labor productivity by 16 percent, the motivation index by 19 percent, and innovative activity by 21 percent, while reducing internal conflicts and staff turnover. In conclusion, the proposed model represents an important strategic factor in enhancing organizational competitiveness, sustainable development, and the effective utilization of human capital. Keywords: Temperament, motivation, management model, psychological characteristics, human capital, labor productivity, innovative activity, teamwork, staff turnover, internal conflicts, incentive system, psychodiagnostics. Kirish. Hozirgi globallashuv va raqamli transformatsiya sharoitida tashkilotlar faoliyatining muvaffaqiyati tobora ko‘proq inson kapitalining sifatiga bog‘liq bo‘lib bormoqda. An’anaviy boshqaruv yondashuvlarida xodimlar ko‘proq umumiy me’yorlar asosida boshqarilgan bo‘lsa, zamonaviy menejment texnologiyalari shaxsning alohida psixologik xususiyatlarini hisobga olish zaruratini ilgari surmoqda. Xususan, xodimlarning temperament turi hamda motivatsion yo‘nalishlari ularning ish unumdorligi, jamoaga moslashuvi, qaror qabul qilish tezligi va innovatsion faolligiga bevosita ta’sir ko‘rsatadi [1]. Bugungi kunda ko‘plab tashkilotlarda xodimlar boshqaruvi yagona standart tizim asosida olib borilmoqda, natijada xodimlarning alohida psixologik xususiyatlari yetarli darajada inobatga olinmayapti. Bu esa mehnat samaradorligining pasayishi, ichki nizolar, motivatsiyaning susayishi va kadrlar qo‘nimsizligi darajasining ortishiga olib kelmoqda [2]. Muammoning mohiyati shundaki, temperament va motivatsion yo‘nalishlar xodimlar boshqaruvi jarayoniga tizimli integratsiya qilinmagan. Shu nuqtayi nazardan, xodimlarning alohida psixologik xususiyatlariga asoslangan integratsiyalashgan xodimlar boshqaruvi modelini ishlab chiqish dolzarb ilmiy-amaliy vazifa hisoblanadi. Bunday model temperament turlarini (masalan, tezkor va tashabbuskor xolerik, muvozanatli flegmatik, ijodkor sangvinik yoki sezgir melanxolik) hamda ichki va tashqi motivatsion omillarni boshqaruv texnologiyalariga uyg‘unlashtirishni nazarda tutadi [3]. Natijada xodimni to‘g‘ri joylashtirish, samarali rag‘batlantirish va alohida rivojlanish strategiyasini shakllantirish imkoniyati kengayadi. Yuqorida bayon etilgan muammolarni hal etish zarurati mazkur tadqiqotning maqsadini belgilaydi. Tadqiqotning asosiy maqsadi - xodimlarning temperament va motivatsion yo‘nalishlarini hisobga olgan holda integratsiyalashgan xodimlar boshqaruvi modelini nazariy va amaliy jihatdan asoslashdir. 338